Tags: литература

Николсон

Белый траур для мертвой белой страны

Невозможно не перепостить этот шедевр поэзии в прозе, прочитав, реально вошел в транс:
Оригинал взят уnomina_obscuraв post
Снег - это перья из подушки Господа, которую он все взбивает и взбивает, готовя постель для того, чтобы, утомившись смертным миром смертных, лечь и заснуть навсегда. Снег - это соль слез Господних, которые он пролил по нашим бездарным и глупым жизням, и которые мы можем подобрать и попробовать на вкус, ощутив его тоску по нашей темной и глупой России. Снег - это высыпавшиеся из тарелки Господа утренние сахарные хлопья, которыми он подкреплял свои силы перед днем, полным утомительных сражений с людьми пустыни и их звероподобными песчаными богами. Снег - это ленивые белые мухи, мухи-альбиносы, мухи-расисты, жестко кусающие темную кожу и темных людей мухи, несущие смерть всему южному, всему мягкому, всему крикливому, мухи-могильщики изнеженных цивилизаций солнца и винограда. Снег - это первый признак пробуждения нашей великой северной земли после осенней грязи, летнего безумия, весенней случки. Равнодушный и надменный, белый-белый снег показывает, насколько глупо и нелепо смотрятся в наших краях все эти желтые и черные мигранты, к снегу подходит только белая русская кожа и белые русские волосы. И ничего более.

Снег - это пепел сгоревших Небес, пепел сгоревший в 1917-ом году Небесной России, все падающий и падающий на наши осиротевшие, лишившиеся Русского Рая головы. Снег - это печаль. Снег - это смерть. Снег - это траур. Белый траур для мертвой белой страны. Снег - это прекрасно.
Николсон

Роман об автономах

Сегодня уже под утро закончил читать "Финики" Володи Злобина (v_zlobin), в один заход, 11 часов интереснейшего чтения. Вот что он сам пишет в предисловии к роману:
Если в рассказе "Ничего Особенного" я описал то, чего нет, в "Повести о настоящем пиплхейте" высмеял то, что есть, то в романе "Финики" скажу о том, что может быть.

Это не обличающая журналистская истерика, не литературный "Ромпер Стомпер", не типичный рассказ об "идейном" парне. Этот роман о слабых людях, захотевших стать сильными, сжать кулаки и доказать, что они способны победить Систему. И пусть само слово "Система" давно стало торговой маркой, под видом борьбы с которой продвинутым покупателям впаривают маски Гая Фокса и лицензионные DVD с фильмом "Бойцовский клуб", но это не означает того, что стоит терять надежду. Какую надежду? Я думаю, после прочтения романа, каждому это откроется по-своему.

Да, это - роман надежды. Именно надежды больше всего не хватает в нашей жизни. Надежды на изменение в лучшую сторону: себя и мира. Я поразмыслил над тем, как это может выглядеть. Прошу лишь помнить, что единственное неотъемлемое право, которое есть у каждого художника, это право на вымысел. Его я использовал на полную катушку, поэтому некоторые сцены выглядят фантастично.

Collapse )
Николсон

Правый юмор на праздник

Да не на пейсателей этих народ пошел, они - лишь маленькая декорация, и то для некоторого узкого круга "совестливых" почитателей.
Если не в курсе, это известный блогер (nomina_obscura) и реальный мастер слова, Бетховен текстов, точнее Вагнер. Рекомендую как раз его пост о прогулке с писателями .



Collapse )
А было действительно весело, я смотрел несколько трансляций, общее впечатление праздника, где Русских людей было подавляющее большинство, и национальные идеи не терялись среди других, а звучали отчетливо.
Николсон

Последний год ...

Оригинал взят у nomina_obscura в post
По деталям, по моментам эта вся история уже вышла из политики в пространство классической античной трагедии. Ее драматургия пока провисает, но детали, крупные планы, сцены уже выше всяких похвал. Горящие люди. Плавающие в реки шлемы. Пустое и грязное пространство с валяющимися на асфальте ботинками и туфлями, вызывающее в памяти экспозицию Освенцима. Вымерший, вымороженный, пустынный, раскаленный, плавящийся в солнце и душном пространстве город. Черные колесницы. Мигалки. Карлики-охранники. Возмущенные евреи. Голландцы. Праздничный звон колоколов, звучавший, по многочисленным замечаниям, как набат. Рейды в кафе, вызывающие в памяти картины о фашистской оккупации Европы. Снова разбитые лица. Закат. Рассвет. Ночь. День. Погибший фотограф и тихий перешепот о дурном предзнаменовании. Кровь на древках. Кровь на лицах. Избитые журналисты. Избитые нашисты. Вновь пустой и плавящийся город. Худощавый молодой человек, орущий на пропитого, с бугристым красным злым лицом, мента - и полное мента бессилие. Снова пустой и плавящийся город. Блеск коронации. Усталые злые азиатские лица полицейских преторианцев, равнодушные и жестокие.

Невыносимое, мучительное ожидание, что сейчас прямо на площади заиграет что-то пафосное и трагичное, вроде "Похорон Зигфрида", и прямо в небе появятся огромные, в голливудском стиле, титры. "Шел 2012-ый год, последний год существования Российской Федерации. Треснувшая империя мрачно, тяжело и зло доживала свои дни, как нелюбимая родственница, слишком старая и больная, чтобы жить, но слишком озлобленная и ядовитая, чтобы умереть и освободить домашних. Империя не цеплялась за жизнь - но цеплялась за страдания подданных, чья боль и негодование заставляли биться ее старое изношенное сердце. Император поднял к лицу столовый нож в красном соусе, который выглядел как свежая кровь. Император вспомнил донесения о подавленных бунтах. Император улыбнулся и вылизал кровавый нож до блеска, не чувствуя ничего, кроме усталого старческого злорадства... "

Collapse )
Николсон

Спасибо Лимонову!

А ведь Лимонов (limonov_eduard) - именно тот автор (из блогосферы), которого я читал более других. Еще лет 20 назад мне попался какой-то журнал с его "Тетрадью неудачника", потом в Москве купил серию его книг: "Эдичка", "История его слуги", "Укрощение тигра в Париже", "Палач" и "Смерть современных героев". (Чтобы упредить вопросы о двух фрагментах первой книги, - я, брезгливый натурал и расист, на них не концентрировался, списав на не здоровый авторский прием.)

В общем то я тогда был молодой, 25(?), поиск себя, война и любовь с целым миром, с изобилием высоких романтических и эротических переживаний, - было мне очень интересно, моя жизнь тогда была полна особенно любовями и сексами. Тем более действия романов разворачивались в Нью-Йорке, в Париже. Тогда мечтал, сейчас уже куда менее интересно, раз в пять, - постарел, зато помудрел, - успокаиваю себя.

Сейчас когда снова читаю Лимонова, возвращаюсь в молодость, та свежесть переживаний всплывает из памяти, приятной, теплой волной проходя по телу. Конечно, дело далеко не в сюжетах, его слог, его душа, его сущность, сама личность автора, имеет значение. Ведь он многими признанный, как минимум, "хороший писатель"...

И конечно о политике. Не смотря на существенные идеологические различия, всегда с интересом читаю его посты, уважаю как личность, гражданина, борца, одного из самых честных политических лидеров.

Его цикл проповедей о последних протестах заслуживает особого внимания, вот одна из последних. Пользуясь случаем, Спасибо Вам, Эдуард Вениаминович!

Тут, например, я скачал аудиокнигу "История его слуги"