penza_city_com (penza_city_com) wrote,
penza_city_com
penza_city_com

Крымская политическая сказка

Пишут что в Крыму россиянские войска, а по украинским каналам, как-то слишком спокойно. Смотрел интервью с Саакашвили и выступление нового премьера Яценюка. Впечатление, что всё согласовано, расписано, и путин выручает всю "элитку" незалежной, помогая приструнить под страхом войны и кризиса раскатавшие губёнки революционные массы. Много о чём хотелось бы написать, но пока поделюсь актуальной политической сказкой (да в ней намек) от Константина Крылова, ведь он также и писатель, и даже поэт:
Поскольку все сейчас занимаются разнообразными фантазиями на украинско-крымскую тему (за которые потом будет несколько неудобно), пофантазирую-ка и я. Но именно пофантазирую, как подобает пейсателю.

Итак. Жанр – альтернативная история. Точка бифуркации – 15 января 2008 года: не случился один инсульт.

ПРЕЗИДЕНТ. (Сказка)

Старик дрожащими руками поставил стакан на стол. Мучительно хотелось выпить. Но пить было нельзя, совсем нельзя. Вчера он позволил себе пару стопочек – из Парижа приезжала Мария Васильевна, сидели до ночи, как же тут себе не позволить. Утром было очень плохо, пришлось вызывать врачей. Молодая усталая медсестра с богатой грудью и томными глазами – эх, будь он хотя бы на двадцать лет моложе, попытался бы, хоть с виагрой, но попытался бы! – неудачно вошла иголкой в вену, теперь на руке сине-жёлтое пятно и тупая боль до локтя.

Он покосился на компьютер, новенький серебристый мак, подаренный Пен-клубом. Отличная вещь. Можно делать всё. Только не писать. Писать не получалось. На «Эрике» - бумага дымилась и горела, на той старой парижской машинке с перепаянными литерами – строчки сыпались горохом, даже тот гудящий белый ящик с пузырём-экраном был очень даже ничего, он написал недурной роман… Мак был стерилен, как дорогая проститутка с перевязанными трубами.

Где бы найти ту старую машинку. Хотя, конечно, дело не в ней. Прав, прав был толстый хам Быков в своей последней рецензии – он безнадёжно исписался. Последнюю повестушку, «Жабий гон», он вымучивал полтора года, и вышел пшик. Нет, в «длинный список Букера» её внесли – из уважения. Но Топоров - маленький пьяный гномик – уже тогда сказал ему «пора завязывать». Он был прав: пора завязывать. Как с женщинами, как с выпивкой. Потенция исчерпана. Финита.

Зазвонил телефон, высветился номер с подсказкой. Из Чехии, Библиотека Вацлава Гавела. Насчёт лекции. Нет, он не поедет. Что он им скажет, этим улыбчивым чехам? Что он смертельно завидует покойнику? А он ему завидует, да. Единственный писатель-шестидесятник, которому удалось стать тем, чем они все мечтали стать, примеряли на себя эту роль, пусть тихонько, в пьяных разговорах, или ночью под одеялом. А он – бездарный, в сущности, драматург, писатель одного приёма – получил эту роль. Гавелу выпал счастливый билет. Который не достался ни Синявскому, ни Солжу, ни ему. Он писал не пьесы, а указы.

За стеной послышался непонятный гул. Он стал громче, ушёл в бас, задребезжали стёкла. Старик испуганно повернулся, задел стакан, тот полетел на пол, но не разбился.

Кряхтя, старик встал на колени, чтобы поднять вещицу. Тут же что-то предательски ёкнуло под ложечкой, отдалось в печёнке. Он замер, хватая ртом воздух.

В таком виде его и застали вошедшие в дом.

Их было трое. Одного старик знал – какой-то либеральный журналист с нерусской фамилией, в последнее время много мелькающий в телевизоре. Лицо второго он тоже где-то видел: военный, с сухим, иссечённым морщинами лицом. Третий был, судя по отъетой физиономии и щёточке усов, украинец, его он не знал совсем.

- Извините за вторжение, - начал военный. – Но у нас срочное дело. Я полковник Леонид Хабаров. Амнистирован, - добавил он.

- Айдер Муждабаев, - представился журналист. – Представляю интересы своего народа, - добавил он.

- Ну… Провидник, - буркнул усач, явно не желая представляться настоящим именем.

Старик с трудом выпрямился и кое-как сел.

- Василий Павлович, - начал Хабаров, - у нас такое дело. Вы знаете, что творится на Украине?

- В Украини, - упрямо бубукнул Провидник.

- В Крыму, - вздохнул Айдер. – Вы понимаете, почему мы к вам пришли?

…Через полчаса на плите стоял чайник. Айдер резал конскую колбасу. Полковник пил водку маленькими глотками.

- И всё-таки это бред, - говорил старик, уже убеждённый и согласный. – У меня нет никаких оснований…

- Я тоже так считаю, - согласился Айдер. – Вообще-то Крым должен принадлежать коренному народу. Но я вижу, что другого выхода пока нет.

- Нужна компромиссная фигура, - напористо излагал Хабаров, явно не со своих слов. – Фигура, приемлемая для мирового сообщества, для России и для Украины. Интеллигент с репутацией в гуманитарных кругах. Не замаранный в политических и финансовых скандалах. Ни в украинских, ни в российских. Умеющий говорить и умеющий писать. И при этом имеющий видение будущего Крыма. Привлекательное видение. Сейчас это самое главное. И вы нам это можете дать. Уже дали, - уточнил он.

- Гарный вижэн, - бубукнул Провидник.

- И не в последнюю очередь, уж извините – никто не будет бояться, что вы зависните у власти, как Путин. Всё-таки не тот возраст. К тому же вы демократ по убеждениям.

- Не особенно, - старик улыбнулся. – За последние сорок лет я разочаровался в некоторых идеалах. Зато я очень верю в полномочия. У меня будут полномочия? Я не хочу быть свадебным генералом. И не потерплю кукловодов у меня за спиной. Вы это понимаете?

- Да. Сейчас мы собрали депутатов, утром голосование. Вы должны появиться перед ними и сказать речь. Вылетаем немедленно. Извините, будет трясти.

…В вертолёте и в самом деле трясло, грохотало и пахло какой-то соляркой. Старик ничего не замечал: пристроив на коленях планшет, он тыкал пальцем в елозящую поверхность экрана. Ему давно так хорошо не писалось.

«Декларация Независимости Республики Крым», - с каждым нажатием движения пальца становились увереннее.

«Мы, народ Крыма, объединёный общей судьбой» - вертолёт ощутимо тряхнуло. Сидящий рядом полковник недовольно покосился.

- И всё-таки я был против, - в который раз вздохнул Айдер.

- Переходите в оппозицию, - посоветовал Хабаров.

«Мы обращаемся к международному сообществу….» - стучал палец.

- Колы выборы? – поинтересовался Провидник.

- Через три месяца. Думаю, решим в первом туре. Других кандидатов всё равно нет.

- И как будет называться моя должность сейчас? – старик оторвался от планшета.

- Координатор Руководящего Совета Республики, - отчеканил Хабаров. – Чтобы не поднимать языковых споров.

- Меджлис имеет иное мнение, - напомил Айдер.

- Почекаемо – поглянемо, - философски рассудил Провидник.

Старик недовольно поморщился – он перечитывал текст. Поправил пару эпитетов, убрал одну запятую. Открыл новый лист.

«Обращение к народу Крыма» - буквы выстраивались в линеечку, как пионеры на параде.

…Старик осторожно сошёл с подкаченной лесенки и встал на криво расстеленную красную дорожку. Вдохнул непривычно тёплый воздух. Посмотрел на небольшую кучку встречающих.

Высокий человек в форме без знаков различия отделился от прочих, подошёл к старику, приобнял за плечи.

- Хорошо долетели, Василий Павлович? – спросил он. – Нам срочно в парламент. Вы готовы?

Старик кивнул. Военный обернулся и крикнул во всю мощь лужёной военной глотки:

- Хрусталёв! Машину президенту Аксёнову!
Tags: Крылов, Россия, Украина, литература
Subscribe

  • На свидание с Чаушеску

    С нетерпением и жадностью предвкушаю ближайшее будущее, окно возможностей, которое видится, например, из самых свежих публикаций прекрасного…

  • Русские и украинцы

    Очень важное для наших братских народов открытое письмо Димитрию Саввину, опубликованное на "Петре и Мазепе": Уважаемый Димитрий! В 2015 году…

  • О братьях-перебежчиках

    15 июня российские СМИ сообщили о переходе на сторону боевиков ЛНР двух сотрудников украинских спецслужб. С перебежчиками была организована…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment